|
И вот молодые люди, воодушевленные примером героев, с готовностью отдавших жизнь за родину, стали проситься в смертники. Добровольцев оказалось столько, что не хватало самолетов. «Особые операции» всколыхнули весь японский народ и неплохо послужили укреплению всеобщей решимости сражаться до последнего человека.
Даже когда американцы научились защищаться от камикадзе и соотношение сил изменилось в их пользу, когда большинство летчиков-смертников сбивалось истребителями противника и почти никто из них не долетал до цели — даже тогда японская военщина продолжала высокопарно восхвалять «особые операции», цепляясь за них как за последнюю соломинку.
Говорилось, например, что «нам, сынам народа Ямато, издревле свойственно дорожить жизнью не более чем пушинкой и бестрепетно жертвовать ею ради отечества», что «самолеты, врезающиеся в корабли противника,— это проявление японского духа и оружие неизмеримой силы», что «благодаря мощи духа мы потопим вражеские суда и одержим победу». Словом, раздавались высокопарные и ничем реальным не подкрепленные боевые кличи, и эти кличи загоняли неопытную молодежь в ряды летчиков-смертников.
В конце марта пришел хмурый командир отряда капитан Тамия.
— Передовые части противника подходят к Окинаве. Положение крайне тяжелое. Родине угрожает небывалая опасность. Отвести эту опасность не могут ни министры, ни главнокомандующие, ни генералы. Сделать это в состоянии только такие молодые люди, как вы, преданные, горячие, здоровые духом и телом. Если вы заслоните родину собою, она выстоит и победит. Кто из вас хотел бы пожертвовать своей жизнью ради спасения нашего славного отечества? Добровольцы, шаг вперед.
Командир говорил напряженно, тяжело роняя слово за словом. Но когда он кончил, напряжение вдруг спало. Кто-то шевельнулся, решив, должно быть, сделать
шаг. Тогда весь строй шагнул вперед почти одновременно.
— Спасибо,— сказал командир. Видно было, что он доволен.— Принуждать вас не мог, но рад и горд, что среди вас не оказалось ни одного труса. Отправляйтесь в путь спокойно. Мы позаботимся, чтобы память о вашем мужестве сохранилась на вечные времена.
|