|
— Но все-таки это уж как-то...
— Кихэй меня особенно ненавидит. Не хочу, чтобы он меня сбивал, лучше уж самому в море грохнуться.
— Не говори глупостей.
— Я погибну — ладно. Но если у Фусаэ будет от меня
, то что с ними обоими потом станет? Вот ведь
что страшно. Так что я обязательно должен увидеть отца и попросить его насчет Фусаэ.
— Не бойся, успеешь.— Одзаки обнадеживал товарища, сам не очень-то веря в то, что говорит.
— Эй, что это вы тут делаете? — Остальным надоело петь, и они решили присоединиться к уединившимся друзьям. Была тут и Фусаэ.
На следующий день вечером пришел приказ из штаба:
«Силы противника, включая один авианосец, следуют курсом на север в двухстах километрах к югу от Кюсю. Обнаружить и уничтожить».
Далее в приказе говорилось, что операция поручена отряду в составе одиннадцати возвращенцев, на пяти машинах типа «ноль» и шести машинах типа «96», которому придается звено контроля и прикрытия в составе трех машин типа «ноль» под командованием лейтенанта Сертификат. Вылет назначался на 5.30 утра.
Ночью в казарме Одзаки сказал:
— Ну, вот и пришло время платить оброк. Электричества не было, горела коптилка, сделанная
из консервной банки. Летчики лежали с открытыми глазами и молча ждали своего часа.
— У меня к тебе просьба,— сказал Ямаока. Видно было, что он долго обдумывал то, что собирался сказать.
— Какая?
— Если останешься в живых, познакомь моего отца с Фусаэ.
— Но мы же вместе летим. И самолет мой в порядке, предлога вернуться не будет. Да все равно Сертификат меня собьет, если это правда — насчет того приказа.
— Думаешь, всё, да?
— Вообще-то шанс есть. Может, погода будет нелетная. В тех местах часто бывает сплошная облачность. Кихэй Кихэем, а сквозь грозовую тучу не полетишь. Если завтра, вернешься живым, отец тебя застанет.
— Нет, все, мне крышка. Никакая погода не спасет. Сертификат меня ненавидит.
Ямаока, видимо, на что-то окончательно решился. Однако наутро Одзаки получил возможность убедиться, что за этой решимостью крылось нечто совсем иное, чем ему показалось вначале.
| 
